Нужно отдать должное SRG: вряд ли кто-то еще так последовательно преподносит собственное существование как цивилизационную необходимость, как швейцарская общественная телерадиокомпания. Без «Дневной встречи», как гласит подтекст, Швейцарская конфедерация рухнула бы за считанные часы. Без «Арены» страна погрузилась бы в гражданскую войну, полную споров. А без SRF? Ну, предположительно, рухнуло бы все Западное полушарие. Это уже не просто самоуверенность. Это апокалиптический маркетинг.
Драматургия всегда одна и та же: всякий раз, когда речь заходит о бюджете, провозглашается катастрофа. Швейцарская телерадиовещательная корпорация (SRG) изображает себя моральным маяком в море дезинформации. Любой, кто хочет сократить финансирование, якобы подрывает демократический порядок. Любой, кто призывает к реформам, ставит под угрозу единство нации. Как будто Швейцария — это хрупкий фарфоровый сервиз, спасенный от разрушения только новостной программой «10vor10».
Однако реальность менее апокалиптична и гораздо более обыденна: SRF — это государственный аппарат с камерами. Хорошо финансируемое, финансируемое за счет государственных средств учреждение, которое десятилетиями считает себя высшим образовательным авторитетом. Оно объясняет мир людям — тщательно отобранный, тонко отфильтрованный и в правильном моральном тоне. В «Матрице» это называется контролем над повествованием.
Конечно, есть хорошие статьи. Конечно, есть преданные своему делу журналисты. Но проблема не в отдельных статьях, а в самовосприятии. SRF выступает не как участник дискуссии, а как её арбитр. И горе тому, кто перезвонит. Затем появляется хор обеспокоенных авторов редакционных статей. Обычные голоса мейнстрима, которые внезапно становятся весьма патриотичными, когда на кону стоит их собственная платформа.
Они предупреждают об информационном вакууме, об огрублении дискурса, о превращении TikTok в новый Национальный совет. Почти возникает соблазн поверить, что демократия — это хрупкий алгоритм, который стабильно функционирует только при достаточном финансировании. Чего они не говорят: дело также в должностях. В эфирном времени. В утешительной уверенности в принадлежности к морально превосходному институту. «Государственная служба» звучит благородно. «Инстинкт самосохранения» звучит честнее.
Особенно трогателен аргумент о том, что SRF объединяет Швейцарию. Как будто четыре языковых региона связаны только общей мелодией «Дневной обзор». Как будто Швейцарская конфедерация не существовала столетиями задолго до того, как кто-то открыл студию в Лёйченбахе. А ещё есть почти религиозное почитание общественного вещания: любого, кто его критикует, быстро клеймят как антикультурного, антидемократического или просто невежественного. Критика структур переосмысливается как нападение на ценности. Классический приём из «Матрицы»: смешение институтов и принципов, и любая реформа кажется святотатством.
Трезвое обсуждение масштабов, мандата и финансирования SRG ни в коем случае не представляло бы угрозы для государства. Швейцария — не хрупкий карточный домик. Это федеративное образование с сильным чувством гражданского долга. Она переживет сокращение численности SRG. Вероятно, она даже сможет одновременно допускать существование нескольких мнений. Настоящий парадокс заключается в следующем: в то время как SRF позиционирует себя как защитника демократии, любая структурная критика воспринимается как кощунство. Система, которая объявляет себя незаменимым моральным авторитетом, давно перестала критически оценивать саму себя.
Возможно, именно в этом и заключается проблема. Не в том, что существует общественная телерадиокомпания. А в том, что она считает себя жизненно важной артерией нации.
Швейцария пережила банковские кризисы, валютные бури и политические распри. Она также переживет сокращение бюджета SRF (Швейцарского радио и телевидения). А мир? Он продолжит вращаться, со специальной трансляцией "Арены" или без нее…


«Сказки Дрейвена из склепа» вот уже более 15 лет очаровывают безвкусной смесью юмора, серьёзной журналистики – основанной на текущих событиях и несбалансированных репортажах политической прессы – и зомби, приправленных множеством искусства, развлечений и панк-рока. Дрейвен превратил свое хобби в популярный бренд, который невозможно классифицировать.








