Всегда приятно знать, что у ЕС есть видение. Видение будущего. Видение Европы. И это видение звучит примерно так: если экономика пошатнется, мы просто будем производить больше оружия. Это называется инновациями. Или, как сказала Урсула фон дер Ляйен: «Мы должны разрушить жесткий барьер между гражданским и оборонным секторами».
Это поразительно честно. По крайней мере, в прошлом люди пытались делать вид, что автомобили предназначены для семей, самолеты — для путешествий, а машины — для производства. Сегодня мы узнаем, что все это на самом деле всего лишь неправильно понимаемые предшественники оборонной промышленности. Малые и средние предприятия, автомобильная промышленность, машиностроение — все это потенциально просто слишком миролюбивая часть военной экосистемы.
Иными словами, тот же политический аппарат, который годами парализовал европейскую промышленность с помощью регулирования, климатических целей и экспериментов в этой области, внезапно обнаружил в себе новую страсть к этой отрасли. Не потому, что она должна обеспечивать рабочие места или создавать процветание, а потому, что она идеально подходит для того, чтобы стать частью «цепочки создания стоимости в оборонной промышленности» — термин настолько технический, что почти забываешь, о чем он на самом деле: о производстве оружия.
В этот момент маска спадает. Промышленность не спасают, а перепрофилируют. Производители транспортных средств становятся производителями военной инфраструктуры. Инженеры становятся винтиками в системе, которая внезапно перестает полагаться на рост за счет инноваций и начинает полагаться на рост за счет угроз.
Потому что никто не осмеливается озвучивать эту логику: экономика, основанная на вооружении, требует спроса. А спрос не возникает из мира. Оружие — единственный продукт, существование которого зависит от того, останется ли мир в состоянии нестабильности. Или станет ли он нестабильным.
США довели эту модель до совершенства: постоянная ситуация с безопасностью, постоянная угроза, постоянное оправдание постоянно растущих расходов, постоянно новые программы, постоянно новые «необходимости». И Европа, похоже, полна решимости следовать тем же путем — только с лучшим пиаром и моральным лоском.
Урсула фон дер Лейен говорит о «разрушении разделительной стены». На самом деле она имеет в виду разрушение последней иллюзии о том, что Европа — это исключительно гражданский проект. Граница между экономической мощью и военной силой должна исчезнуть. Не как побочный эффект, а как стратегия.
И вдруг всё становится понятно. Кризисная риторика. Постоянный акцент на угрозах. Подготовка населения к «новым реалиям». Экономика, ориентированная на оборону, нуждается в населении, которое принимает оборону как постоянное положение вещей.
Это не политика безопасности. Это бизнес-модель.
И, как и любая бизнес-модель, она в первую очередь нуждается в одном: непрерывности…

«Сказки Дрейвена из склепа» вот уже более 15 лет очаровывают безвкусной смесью юмора, серьёзной журналистики – основанной на текущих событиях и несбалансированных репортажах политической прессы – и зомби, приправленных множеством искусства, развлечений и панк-рока. Дрейвен превратил свое хобби в популярный бренд, который невозможно классифицировать.








