В политическом фольклоре есть такие замечательные слова. Слова вроде... Freiwillig. Или прозрачныеИли СНе стоит беспокоиться.Они звучат успокаивающе. Тепло. Почти как бумажные объятия. А потом вы совершаете ошибку, воспринимая их всерьез.
Электронное удостоверение личности было принято 28 сентября 2025 года. В избирательном буклете, в пояснительных видеороликах и на официальных сайтах нам торжественно обещали: добровольное, бесплатное, аналоговое, и никто не окажется в невыгодном положении. Всё совершенно спокойно. Не волнуйтесь, граждане. Доверьтесь нам.
Поэтому я подумал: ладно. Давайте это подтвердим. В письменном виде. Как положено. По-швейцарски. Спойлер: плохой план.
Я вежливо обратился в Федеральное министерство юстиции и полиции (МИДП), а также в соответствующие комитеты: SGK-N и SGK-S (Комитет по безопасности и здравоохранению Федерального собрания – то есть Национальный совет и Совет штатов). Никаких необоснованных требований, никаких теорий заговора, никакой драмы. Просто простой вопрос:
Является ли электронное удостоверение личности добровольным – даже завтра?
Ответ оказался на удивление честным, хотя и непреднамеренно раскрывающим истину:
Это нельзя подтвердить, пока это не закреплено в законе.
Понимаю.
Значит, добровольно.
Но только в устной форме.
Предварительно.
Холод.
Примерно.
Это примерно то же самое, что если бы продавец автомобилей сказал: «Тормоза работают. Но я могу гарантировать это только после того, как вы врежетесь в стену».
Поэтому я написала федеральному советнику Беату Янсу. Заказным письмом. Заверенным нотариусом. Не потому, что люблю драматизировать, а потому что опыт учит нас: обещания испаряются быстрее, чем шарик мороженого посреди лета.
Моё требование было радикальным в своей простоте. Четыре пункта. Ничего сложного.
- Электронное удостоверение личности является и останется добровольным.
- Без электронного удостоверения личности дополнительных затрат или недостатков нет.
- Неограниченный доступ в интернет даже без электронного удостоверения личности.
- Никаких санкций в отношении лиц, не имеющих электронного удостоверения личности.
Короче говоря: жизнь без цифрового ошейника должна оставаться возможной.
Причина? В общем-то, довольно банальная. Но, видимо, она нуждается в объяснении:
Если эти положения не будут закреплены в законе, возникнет новый класс людей: те, у кого нет электронного удостоверения личности. Они столкнутся с более ограниченным доступом, более высокими затратами и большими трудностями. Это называется не цифровизацией, а социальным отбором.
Во-вторых: доверие. Это редкое явление. Оно и так хрупкое. Если обещания, данные во время предвыборной кампании, внезапно превратятся в закон, оно умрет навсегда. И нет, это не из-за «дезинформации», а из-за памяти.
В-третьих: с юридической точки зрения ситуация становится неприятной. Любой, кто даёт обещания, чтобы получить одобрение, а затем выполняет их, опасно приближается к недобросовестной конкуренции. Даже если он в галстуке и на двери висит табличка «Федеральный советник».
Четвертое: вопрос денег. Если в будущем электронное удостоверение личности сольется с электронными кошельками, платежными функциями или доступом к банковским услугам, а наличные деньги постепенно исчезнут, то «добровольность» внезапно станет философским термином. Те, кто больше не может получить доступ к своим деньгам без электронного удостоверения личности, не мотивированы; они принуждены. Это не прогресс. Это старый трюк в новом обличье.
Мы знаем эту схему. В случае с «добровольной» вакцинацией от COVID-19 посыл был таким: никого не будут принуждать. В то же время, посыл был таким: нет вакцинации — нет доступа, нет работы, нет жизни. Это называется косвенным принуждением. И оно остается принуждением, даже если оно замаскировано под улыбку.
Я имею право жить без электронного удостоверения личности. Не как особый случай. Не как борец сопротивления. А как гражданин. И это право должно быть закреплено в законе, а не в слайдах презентаций PowerPoint.
Вот почему мы обращаемся с этим призывом:
Напишите в Федеральный совет. Вежливо. Четко. Настойчиво. Не потому, что вы ненавидите технологии. А потому, что свободу нельзя оцифровывать, не гарантируя ее предварительно.
Волонтерская работа — это не маркетинговый термин.
Это обязанность.
И это должно быть зафиксировано черным по белому в законе, а не мелким шрифтом в будущем.


«Сказки Дрейвена из склепа» вот уже более 15 лет очаровывают безвкусной смесью юмора, серьёзной журналистики – основанной на текущих событиях и несбалансированных репортажах политической прессы – и зомби, приправленных множеством искусства, развлечений и панк-рока. Дрейвен превратил свое хобби в популярный бренд, который невозможно классифицировать.








